вторник, 28 июня 2016 г.

Радуги над головой. НАТАЛЬЯ РАЗИНА.






Давайте знакомиться?!
Я Наталья Разина-  жена, мать, дочь, сестра, подруга и профессионал. Мне 47 лет. И это  чудесный возраст для новых ощущений, открытий, удовольствий и радуг над головой.

 27 лет состою в браке, имею взрослого сына. Может это много лет в браке, а может и не очень. Сейчас отличный этап отношений с супругом. Мы вместе путешествуем, согласовываем куда и когда мы поедем, что хочется ему посмотреть, а что хочется мне, а что нам будет интересно вдвоем.


Моя профессиональная деятельность связана с помогающей профессией. Я дипломированный психолог, кандидат психологических наук, доцент кафедры проектирующей психологии института им. Л.С. Выготского, РГГУ.

Транзактный аналитик-коуч, семейный системный консультант.

Моя профессиональная деятельность состоит из двух направлений:
- преподавание в Университете. Студентов обожаю, люблю делиться с ними знаниями, люблю набираться у них опыта молодежи. Всегда  информационный круговорот. На лето мы с ними выезжаем в лагеря, где они на практике учатся своей профессии и выстраивают свое профессиональное самосознание, а я работаю директором, являясь их наставником.
Мои любимые курсы Семейная психология, консультирование и психотерапия, пренатальная психология, возрастная психология и судебная экспертиза.
Являюсь ведущим экспертом регионального медико- правового центра.

- и вторая самая любимая работа это психологические приемы.
Работа с клиентами: взрослыми и детьми (в работе использую такие модальности как транзактный анализ, семейную системную терапию и арт-терапию).
Работа в моей Мастерской, которая потихоньку растет и привлекает людей.


СМОТРИТЕ ПОЛНОЕ ИНТЕРВЬЮ С НАТАЛЬЕЙ РАЗИНОЙ!



И ЧИТАЙТЕ!

ЗРЕЛОСТЬ В МОДЕ. НАТАЛЬЯ РАЗИНА. Психолог. Реальные женские истории Успеха и Любви.

Здравствуйте. Я Вера Сухинина и это программа "Зрелость в моде". Программа о том, что никогда не поздно начинать. Сегодня у нас в гостях Наталья Разина — психолог, кандидат психологических наук, доцент и основатель своей психологической мастерской. Смотрите и вдохновляйтесь вместе со мной.

Здравствуйте, Наталья.

Здравствуйте, Вера.

Рада приветствовать вас в нашем проекте. Ещё одна замечательная история ждёт нас. Расскажите немножко о себе. Сколько вам лет? Вы замужем?

Спасибо большое, Вера, за приглашение. Мне 47 лет, я замужем. Замужем 27 лет, имею взрослого сына.

Взрослый — это сколько?

Ну, чуть-чуть меньше, чем замужем, ему 26 лет будет в этом году. Совсем уже взрослый, самостоятельный человек. Мама — ему, жена — мужу, своим родителям — дочка. Имею сестричку, у нас с ней достаточно большая разница — 8 лет, но, тем не менее, у нас достаточно теплые такие, дружеские отношения. И очень горжусь своей профессией. Я психолог, профессиональный психолог, кандидат психологических наук. Кроме этого, постоянно получаю какие-то специализации, до сих пор, до нынешнего времени. Всё, что появляется интересное, я стараюсь принять в опыт и дальше уже — в практическую деятельность.

Вы преподаёте? У вас своя практика, своя, как правильно назвать, студия, да?

Да, совсем недавно. С одной стороны, вся моя профессиональная деятельность состоит из двух больших жизней — это преподавание в университете, я доцент кафедры проектирующей психологии в РГГУ, в институте имени Выготского. В этом году нашему институту будет 20 лет, будет отмечать это очень радостное событие большой конференцией, большим таким праздником. А с другой стороны, я занимаюсь частной практикой и совсем недавно пробую организовывать первые шаги в этом направлении — это своя психологическая мастерская. То есть два таких больших направления — преподавание и частная практика.





Мастерская — это фактически свой собственный бизнес, там надо заботиться и о сотрудниках, и о продвижении — всё, что связано с любым бизнесом, особенно в самом начале его. Насколько это для вас сложно, насколько это совершенно по-другому или вы были готовы к тому, что сейчас?

Вы знаете, Вера, я была вообще не готова к этому. Понимала, что надо что-то делать, надо как-то двигаться вперед, развиваться и предложений на психологическом рынке — достаточно много, поэтому я думала, что такое будет интересное, с одной стороны, а с другой стороны — совершенно адекватно запросу людей, запросу студентов.

То есть, вы имеете в виду именно выбор направления? Самое главное и сложное?

Да, что будет в мастерской. Если откроете интернет, то вы уведете огромное количество тренингов личностного роста, огромное количество женских тренингов "Путь к себе", но многие из них являются, может быть я некрасиво скажу, но некоторой профанацией. Потому что очень долго можно идти к себе и никогда не прийти.

Почему?

Потому что это продукт, который надо продать на рынке. Его люди покупают и результаты не всегда оправдывают ту цель, с которой люди заходят.

Вы думаете, это из-за отсутствия профессионализма?

С одной стороны, из-за отсутствия профессионализма — это раз. А с другой стороны, не все же люди хорошо понимают, что им надо.

То есть сформулировать запрос?

Конечно. Бывает такое: "Я увидел такой-то тренинг, мне это интересно". Но я могу быть к нему совершенно не готов. И люди выходят с тренинга в таком достаточно подавленном, грустном состоянии. Как их потом собрать? Как их опять вернуть к жизни, чтобы они получили ту самую радость? Бывает наоборот — бывает тренинг является пусковым механизмом к изменениям. Что-то человек услышал, что-то взял, в голове произошло слияние каких-то направлений — всё, человек готов жить, действовать, получать удовольствие от жизни. Всё бывает по-разному, но тем не менее рынок предложений в изобилии не совсем профессиональными услугами.

Ну, к сожалению, так. Хотя спрос рождает предложение.

Конечно. Есть очень большой спрос. Психология идёт в России большими шагами, огромными, я бы сказала. Люди у нас всё больше и больше привыкают к этому слову. Психолог — это не врач, это не значит, что ты чем-то болен, если ты обращаешься и у тебя могут быть просто какие-то потребности в изменении. И ты тогда идёшь к специалисту. То есть это не страшно.

Не страшно, не стыдно.

Не стыдно. Совершенно нормально.

Нормально поговорить с человеком, который может подсказать, именно с профессионалом.

Да, да.

Как же ориентироваться в этом потоке? Как определить, где профанация, а где профессиональная услуга? Мне кажется, что у нас настолько с этим сложно.

Знаете, если это касается консультативной практики и психотерапевтической, то сейчас на профессиональных страницах психолога очень чётко обозначены статус, что умеет психолог, что закончил, какие дипломы, получает он супервизии или не получает супервизии по сложным случаям своих клиентов, проходил он сам терапию или не проходил он сам терапию. То есть существует некий комплекс, который даёт нашему клиенту основания, что он получит качественную помощь.

А где эта информация размещена?

У каждого психолога она должна, в моем представлении, Вера, совершенно четко размещена либо на сайте, либо на страничке. И, как правило, люди, входящие в профессию, всё это делают.

То есть обращать внимание, как оформлена профессиональная страница психолога?

Да, да. Какие дипломы.

Там есть такая информация.

Это очень важно, потому что есть и молодые специалисты, которые получили диплом, только входят в профессию и они тоже пробуют себя.

Как начинать?

Очень много в стенах университета. Есть практико-ориентированные программы и я, например, горжусь нашей программой и основателем нашего института. Это внучка Выготского, знаменитого психолога, Елена Евгеньевна Кравцова. И мы приложили очень много усилий, чтобы наше обучение было практико-ориентированным. Чтобы получая профессию, студенты выходили с инструментами в руках, чтобы они хотя бы понимали, как сделать первые шаги в этой сложной профессии.

Да, профессия — очень сложная. Которая только практика-практика.

Ну самое главное, мне кажется, мы своим студентам это пытаемся донести — не навреди. Если у тебя есть сомнения, остановись.

Что человек сам дорастёт, дойдёт?

Да. Остановись. Потому что у нас есть идея, есть же разные смешные вещи про психологов, да — "догоню и причиню счастье".

Я такого ещё не слышала. Догоню и причиню счастье?

Ну, я же вижу, в чём у тебя проблема, да, сейчас я скажу, в чём у тебя проблема и её же потом и уберу. Поэтому, если для человека это не проблема — это не проблема. Мало ли что мы видим и где мы видим. Мы сами живые люди. У нас есть свой субъективный взгляд.

Вот мы сами живые люди и люди, которые психологи, они такие же, как и мы - имеют семьи, такие же отношения в семье, с близкими, с сотрудниками, в которых тоже хочется достичь гармонии, но есть уже инструменты, которыми владеешь. Вы осознаны в своей семье или как говорят — сапожник без сапог? Это справедливо про психологов?

Справедливо, совершенно, Вера, справедливо. Но я иногда задумываюсь: "Как я могу быть психологом своему сыну?" Это абсурд. Как я могу быть психологом своему мужу?
 Вы знаете, когда я начинала, у нас было очень много таких интересных ситуаций жизненных, лекции читаешь, входишь в профессию, профессиональное сознание у тебя растёт, приходишь домой и продолжаешь читать лекцию. И мне однажды муж сказал: "Дома. Дома! Ты дома!" И я первый раз повздрагивала, а потом на самом деле поняла — я дома. Мы завели правила, как мы домой не приносим профессию, как выключаются телефоны, как в 12 ночи не надо студентам отвечать на звонки и проверять дипломы. И потихонечку. Но есть такой этап профессионального вхождения, когда это тебя захватывает, это бурлит. Но самое главное, чтобы это не закрыло другую твою часть жизни.

То есть это реально — прийти домой после работы и выключить? И живу, как жена, как мать?

Да. Вы знаете, меня очень поразило, я это студентам рассказываю, очень поразила одна сцена в общественном транспорте. Очень поздно еду с лекции, вечерняя лекция закончилась на втором высшем образовании, села в электричку, знаю точно, что меня будет встречать супруг. Вдруг резким движением дверь открывается, заходит женщина, шуба, шляпа такая красивая, и так гордо говорит: "Здравствуйте, садитесь". И все люди на неё взгляд так подняли, и я думаю: "Ну, наш человек". Также после лекции — да, вот это движение, как мы заходим в аудиторию, как мы потом открываем дверь, "Здравствуйте, садитесь". И я поняла, что надо убирать. Потому что это одна часть жизни, но есть другая часть жизни. И не всегда бывает хорошо, когда они соединяются очень плотно. То есть чем-то поделиться, что-то интересное показать — это да. Но есть много чего интересного ещё.

Ну, наверное, это возможно ещё и тогда, когда область применения своих знаний одна и та же, когда, например, в одном бизнесе муж и жена работают. Там, наверное, как-то проще с этим?

По-разному, Вера. Очень важно, в каком возрасте супруги входят в свой бизнес. Если это молодые супруги, когда есть такой азарт, вдохновение, какое-то время они могут отработать вместе.

А в зрелом возрасте?

И в зрелом возрасте. Потому что очень большой опыт. Очень большой опыт, очень много люди знают друг о друге, они настолько принимают друг друга, что они живут, как единый механизм.

Вот я такие истории слышала и даже от наших героинь, что единый бизнес, единое пространство и много лет и по 24 часа вместе. И люди счастливы в этом.

Вы знаете, я думаю, что, да, 24 часа, но у этих людей, у каждого, есть нечто своё особенное, что они это несут друг другу. Потому что если они сиамские близнецы, что они расскажут друг другу? Потому что они буквально знают, что если твои тапочки утром стоят вот так, то у тебя хорошее настроение, а если вот так тапочки развернулись — ну, мне кажется, дурно. То есть они настолько друг о друге всё знают. И, конечно, очень часто бывает, когда, пока ещё становления не произошло человека, каждый пытается добиться своих высот. Это очень хорошо, но они идут, перешагиваю через друг друга, каждый к своей высоте и тогда теряются отношения, бизнес может остаться. А может быть и бизнес когда-то теряется, здесь очень важно, знаете, такие подстройки. Я больше чем уверена, когда вы говорите, что вы с мужем 24 часа в сутки, у вас есть подстройки. Кто-то в постройку "над" встаёт, кто-то "под", где-то на равных. Где-то вам надо уйти в сторону и дать свободу. Вы знаете весь контекст, всё, о чём вы.

Да, да. Именно так.

Но здесь ваш опыт богатейший вам даёт вот эту жизнь в счастье в унисон.

Да, это именно так. Мы говорим о том опыте, когда, имея какие-то установки, установки на то,  я считаю, что это в первую очередь — разрешить человеку быть другим, не таким, как ты ожидаешь от него, идеала какого-то и иметь право на своё какое-то пространство и ошибки, и просто передумать. Да. Человек имеет право на…

Свободу. Человек имеет право, вы всё правильно говорите, на то, что мы говорим практически всегда, я всегда своим клиентам и всем говорю — умение себе давать свободу и тем людям, которые рядом с тобой.

Это, мне кажется, умение очень важно для женщины. Как говорят, эмоциональная погода в семье — на 100% зависит от женщины.

Конечно, конечно. Кто у нас самый эмоциональный механизм? Это женщина. Кто у нас самый когнитивный механизм? Это мужчина.

То есть женщина может и возвысить, а может и…

Да, потому что эмоциональный фон очень высокий у женщины. Если она ещё и владеет, принимает в себе это, она обязательно донесёт это до своей второй половинки. Это очень важно, вот эти эмоции передавать в партнёрстве. Не важно — бизнес это, семья это.

Это просто отношения.

Да. Живые, человеческие.

Да, да. Я даже слышала от каких-то специалистов о том, что в семейной паре даже мало смысла встречаться и общаться с двумя партнерами, важно именно с женщиной поработать. По тому, как она захочет, так всё и построится потом, какие установки она примет.

Ну, знаете, конечно, женские установки важны, но также важны и второго человека установки, мужчины, партнёра. Я не знаю, Вера, может быть, вы видели  недавно в Снобе разгромная статья появилась — почему русские женщины перестали быть в моде.

Да, да.

Очень быстро эту статью убрали, потому что отклик был, резонанс был очень мощный. И коснулись того, что многие женщины воспринимают мужчин как субъектов. Причем, субъектов денежного потока, не отношений, а в отношениях-то они становятся объектами — это деньги, это достаток, это отдых, это покупки, это надо-надо-надо, должен-должен-должен. И если этого не случается, тогда всё — я прерываю все отношения.

Не такой, следующий.

Не такой, да. Пусть будет следующий, мы посмотрим, что ты потеряешь. Это очень часто бывает. Но мне кажется, знаете, в основе этого лежит, может быть вы правильно говорите, вот такая женская основа — если я принимаю себя, если я себе даю свободу чувствовать, развиваться, я обязательно приму мужчину, который рядом со мной, это мой выбор. Это то, что я выбрала своими руками, своими глазами, своим сердцем.

А разве я могу выбрать что-то плохое?

Я выбрала то, что хотела.

Да, да, абсолютно созвучно, согласна с вами. А ваши направления в вашей мастерской? Они в какой области?

Вы знаете, мы сейчас будем делать несколько направлений — это помощь клиентам по запросу, которые приходят на консультацию со своими проблемными точками, которые пытаются решить какие-то свои личные проблемы или просто получить развитие.
Это помощь семьям с детьми, у которых есть тоже какие-то недопонимания, может быть не хватает просто знаний, как в таком области поступить или общаться с ребёнком.
 И следующий такое мощное и интересное направление, я думаю, у него будет хорошее будущее — это тренинги и трансформационные игры. Сейчас на рынке психологическом получилось очень новое направление, оно достаточно молодо — это психологические трансформационные игры.


Что это такое?

Это такая же помощь нашим клиентам, но она совершенно в другом формате. Кто-то идёт на консультацию и нас консультирует психолог, кто-то идёт на терапию и мы можем получать терапевтическую помощь с медикаментозной поддержкой, кто-то идёт в коучинг и просит программу развития. А у кого-то есть решение проблемы, но, например, Вера, не хватает нескольких шагов, чтобы её решить. Вот я не знаю, как закончить вот это вот и принять окончательное решение. И тогда существует формат психологических трансформационных игр, у каждой из которых есть своё направление. Есть игры ресурсные, когда ты устал так, что тебе надо просто детского ресурса, задора, радости, эмоций, фантазии, воображения и ты его получаешь. В детстве мы всё могли. И горы нам не горы, и заборы нам не заборы, и реки нам не реки. Ну всё могли в детстве! И вдруг мы стали взрослыми и куда мы потеряли такую способность фантазировать, придумывать, выдумывать, идти дальше, хотеть, желать и побеждать? Люди приходят, берут свою часть эту детскую и дальше с ней идут во взрослую жизнь.

 Есть игры, которые имеют небольшой терапевтический эффект, игры в сценарии, например, когда люди заходят и решают проблему со своим семейным сценарием. Есть огромное количество игр, которые про эмоции. Например, человек или получает неблагоприятный опыт и боится раскрыть эмоцию, либо вообще нет опыта. Например, у него был такой сценарий в жизни "Не чувствую", запрет. Мама была нечувствительная, отец был нечувствительный и в семье, например, говорили: "Чувства проявлять — это нехорошо". Ты должна быть каменной леди, чтобы никто не понял, что у тебя внутри. И когда девочка подросла, она поняла, что она так не может.

Что что-то не так, надо учиться.

Что что-то не так, да. Надо как-то по-другому. А ресурс у неё есть, она просто не знает, как.


А как разобраться-то с этим запросом? Предположим, я чувствую, что мне нужна какая-то подсказка, помощь, я же не могу сама выбрать, каким методом, способом себе помочь. То есть, к вам приходит человек с какой-то проблемой и вы ему просто предлагаете на выбор вот эти либо игры, либо консультации?

Вы знаете, Вера, у меня нет такого опыта и такой практики. Мы можем пойти в самом консультировании с клиентом по той иерархии запросов, которые он предлагает, потому что бывает, что это не один запрос. Я хотела бы это изменить, это изменить, это изменить. Есть вводные, когда мы слушаем, слушаем историю нашего клиента, пытаемся разобраться. Есть такая практика — чем дольше клиент говорит, тем менее осознанности в его проблеме. Есть клиенты супер осознанные, они приходят и говорят: "У меня вот такая проблема. Я хочу её решить и я точно знаю, что я хочу получить в результате. У меня только нет способа. Помогите мне, пожалуйста. Дайте мне этот инструмент в руки". Есть клиенты, которые даже не понимают степень своей травмированности,  и мы даже не сразу можем в эту травму уйти. Если он не идёт, мы никогда его туда не толкнём. А есть клиенты, которым надо просто сделать несколько шагов в сторону развития, и они могут позвонить, поговорить, что хотят. Там где есть, например, трансформационные игры или тренинги, всегда написано, на что направлены, что вы получите в результате, какой опыт у вас будет. И тогда сам несёт ответственность каждый за себя, что выбирает. Хочу я это или не хочу? Если мы будем брать эту ответственность на себя за клиента, и за участников тренингов на себя, велика вероятность, что мы не удовлетворим его потребности, потому что это наше видение.

Это не его.

Не его. А у него было: "Ой, а у меня был совсем другой взгляд", "А я себе представлял, что это будет так-то, так-то" или "Я хочу, чтобы вы за меня решили".

Очень интересно. Как-то так я увлеклась и мы о вас не говорим. Мы говорим о других людях!

Это часть меня.

Очень интересная, многогранная тема и она интересна, я так понимаю, не только молодым, которые ищут свой путь, но и тем, кто прожил, тем, кому за 40 лет, кто перешёл этот рубеж, и там столько вопросов возникает и столько каких-то ответов не найденных. Какой основной запрос, давайте о женщинах я вас спрошу, женщины после 40 лет с каким основным запросом обращаются?

Вы знаете, Вера, я вам сейчас обязательно скажу про запрос из своей практики. Но мы проводили совсем недавно маленький опрос. По поводу страхов, нереализаций и той мечты, которая есть у женщины после 40 лет. Меня очень удивил один аспект, почему-то когда я создавала опросник, у меня были предположения, что могут ответить женщины. В опросе участвовали женщины Москвы и Московской области. И оказалось, есть реализация в детях, но нет реализации в семье.

То есть это как факт, да?

Это факт.

Потребность быть реализованной?

Да, то есть она ещё пока не получила такого букета красивого, как реализация в детях, в том, как женщины это описывают. Может быть, это как раз связано с возрастом — дети выросли, дети покидают семью. Есть такой термин — опустевшее гнездо. И мы опять должны выстроить свои отношения. И женщина может находиться в смятении, получится или нет, мы же столько времени уделяли работе, детям, интересам детей, но иногда забывали про свои личные интересы и взаимоотношения с супругом. И тогда есть вот такой некий страх, и женщины с этим приходят: "Я боюсь быть неинтересной", "Я боюсь утратить свою сексуальность", "Я боюсь, что мой возраст станет помехой нашим отношениям и мужчина будет смотреть на более молодых женщин". Это те страхи, с которыми приходят.

Но они же реальны?

Реальны, совершенно реальные страхи. И этот страх, в первую очередь, связан вот с такой неуверенностью в себе. Она может быть минимизирована, а может быть максимально выражена. Дело всё в том, что наши супруги, как правило, такого же возраста, как и мы.

Ну это да.

Чуть-чуть постарше, чуть-чуть помладше. Бывают браки разновозрастные и мужчина претерпевает такие же страхи, такие же сомнения, и если в этом возрасте говорить про это друг с другом откровенно, то огромное количество этих страхов и сомнений просто — наша выдумка.

Просто говорить?

Говорить. "А ты знаешь, я переживаю". А он говорит: "И я переживаю". "А можно мы с тобой поделимся своими переживаниями, и тогда я не останусь с этим страхом один на один". Я тогда пойму, что что-то в моём страхе, как правило, иллюзия, а что-то на самом деле.

Ну и тогда начинаем работать и что-то менять?

Да конечно. Конечно! Потому что как женщина говорит? "Да мне муж сказал, я женился на худенькой". А она говорит: "Я никогда не думала, что очень важно тот стандарт, который он себе нарисовал". А для него это супер важно. Потому что он себе создал эталон. И они стали разговаривать, а что будет, если это будет не так. Я не могу вернуться на свои 20-30 лет назад. И поговорив, они нашли то, что устроит и того, и другого.

Здорово.

Реализация в профессии — очень тяжело мужчины воспринимают, когда женщина начинает быстро подниматься по карьерной лестнице, а он за ней не успевает. Очень тяжело для мужчины. Потому что он по природе своей, он главный, он должен нести ответственность и он хочет её. Но, как правило, очень выгодно не давать. А очень выгодно контролировать, тогда я могу всем руководить, и тогда я точно знаю, что он может, а что нет. Но обязательно тогда семья придёт к кризису. Потому что один что-то хочет и реализует, а другому его желания не удаётся реализовывать.

И важно, чтобы в этот момент люди были готовы говорить. Раскрываться.

Говорить, да.

То есть шаг — прийти к психологу — это уже какой-то следующий шаг? То есть, сначала между собой,  что ли, как-то договориться?

Вы знаете, у нас не очень в России развито, есть медиативные службы, службы медиации. Вообще, это досудебное урегулирование конфликтов. И, например, в Европе любые бракоразводные процессы, особенно в Германии, особенно во Франции очень часто проходят через такую практику. И опыт показывает: приходят супруги, требования друг к другу, претензии друг к другу, списком — и у одного, и у другого. Но если они договорились хотя бы по одному, всё другое можно сделать. Это показатель того, что они слышат, они слышат и готовы идти друг другу навстречу —  это очень важно. И вы знаете, в 40 лет есть тот опыт, когда ты знаешь, как слушать, когда ты знаешь, что означают эти эмоции и поведение человека, ты знаешь, какой у него есть ресурс сейчас с тобой поговорить об этом или он ресурсен в чём-то другом. Всё-таки за плечами такой опыт совместной жизни. Это самое простое — развернуться друг от друга и разойтись в разные стороны: я себе новую жизнь построю. И значительно сложнее — достроить тот мост, который идёт навстречу, по кирпичику, с каждой стороны, чтобы он красивый был, воздушный, с вензелями. Но у каждого свой — у кого-то гранитный может быть.

А какой у вас?

По-разному. По-разному, Вера, строилось и скандалили, и ругались, и выясняли — всё было.

Вы познакомились, вам было по 20 лет?

Муж меня старше на 6 лет.  

Ну, всё равно вы совсем такие молодые-юные. Расскажите, как вы познакомились?

А познакомились, казалось бы, совсем обычно — я дружила с сестрой мужа. И сначала он даже в поле моего зрения не попадал. Это был для меня очень взрослый дяденька. Но…

6 лет разницы!

Да, и мне казалось это очень взрослый человек. Но, когда я подросла — вот 18, вот 19, а вот уже интересно. И наконец-то мы увидели друг друга.

И кто первый увидел?

Знаете, очень трудно сказать, кто первый увидел, но, мне кажется, в сложных ситуациях муж всегда делает навстречу, всегда. И я ему за это очень благодарна. Я иногда замираю и мне иногда надо выждать, иногда бывает вот это замирание, знаете, критичное — человеку кажется, что ты ему не нужен, не интересен, а он умеет делать первый шаг.

Вот, несмотря на это замирание, несмотря ни на что?

Да, да. Я просто ему удивляюсь и благодарна. Бывает иногда и поругаемся, и поссоримся, и он умеет делать первый шаг — я училась у него этому.


Просто он знает, что действительно от вас ждать, он доверяет в этот момент, что на самом деле там нет глубокой обиды и нету ничего такого серьезного, да?

Вы знаете, даже есть глубокая обида, но можно об этом поговорить и нужно об этом поговорить .Потому что мы же живые люди — мы сердимся, мы злимся, конфликтуем. Вы знаете, это и есть наше развитие.

Это происходит как? Вот вам надо поговорить и вы садитесь за стол?

Да.

Давай говорить?

Или я спрашиваю, например: "Я сейчас не понимаю, что происходит. Мне кажется, или ты мне что-то скажи, или в моих действиях есть что-то, что тебя расстраивает?" Сначала это было очень тяжело. Зачем про это говорить? Потому что, например, ни в наших родительских семьях, ни во всех принято разговаривать. У меня мама с папой иногда разговаривают так, что… могут…

Громко?

Громко! Очень могут, да.

Ну это тоже способ.

Способ, чтобы услышали. Папе сейчас 80, маме 77.

Ой, дай бог им здоровья.

Дай бог им здоровья! Это у меня два, как я говорю, «энерджайзера», которые своё хозяйство держат, ничего с сестрой мы у них забрать не можем, за каждую животинку они воюют с нами. Ну потому что здоровье — есть здоровье. И тем не менее, я удивляюсь, я удивляюсь их энергичности, желанию жить и это вот всё нести вовне.

Такой пример семьи родительской, которая в другом формате общается и девочка Наташа однажды решила: "У меня так не будет"?

Вы знаете, сначала было так, Вера. Сначала было. И я до сих пор помню слова человека, который был просто у нас дома, мою маму Раиса зовут, и я что-то с мужем разговариваю, по всей видимости, очень эмоционально и ярко, и она переворачивается и мне говорит: "Как Рая". И у меня такое внутреннее, моё любимое, да, замирание и я думаю: "Что сейчас происходило?" Что такого было? И я всю эту ситуацию просто разобрала, Вера, по кусочкам и поняла — вот так теперь не будет. Это очень обидно для противоположного человека, в его семье так никогда не разговаривают, у них другой способ есть, мы тоже это обсуждали. Понимаете, это важно — взять некий микс из своей семьи, Вера, и посмотреть, что твоему партнеру также будет удобно, приятно и даст ему ресурс для развития. Потому что можно всё принести из своей семьи, стукнуть кулачком по столу и сказать: "А так у меня было и так будет у нас". И мы так будем стучать.

Ну да. А хочется развития, хочется каких-то изменений и чтобы они были только положительные. Как вы думаете, если я задам вопрос о вашем сыне, он живёт с вами?

Живёт с нами. Сейчас будет отселяться. У меня есть мысли, что ему это совершенно не хочется.

Он женится?

Нет, и пока не собирается. У него был такой интересный жизненный опыт, он у нас учился в Китае. И приезжала оттуда девушка сюда и, конечно…

Китаянка?

Китаянка. И разница культур не смогла…

Колоссальная разница.

Колоссальная разница! Не дала им возможность вместе здесь жить. Они приняли решение, до сих пор переписываются, я иногда спрашиваю, но тем не менее вот — есть у него девушки, с которыми он встречается, дружит, но мы стараемся… Пока нет к нам обращения, разговора, мы стараемся в личную жизнь особо далеко не внедряться, не вмешиваться, потому что это настолько хрупкое и нежное. Если нужна помощь, у нас есть правило — ты приходишь и спрашиваешь. Мы можем о чём-то беседовать, разговаривать. Но если ты не готов об этом говорить… Он мне иногда может сказать: "Мам, ты опять любопытная?" Я говорю: "Ну мне же хочется, я же мама". Говорит: "Ну я тебе скажу потом".

И почему же он не хочет отделяться, как вы думаете?

Вы знаете, сейчас у всей молодежи есть идея такая и такой жизненный план, что ты отделяешься, когда ты полностью встал на ноги. Вот когда мы с мужем женились, у нас не было идеи, что мы будем расписываться, когда мы встанем на ноги, то бишь у тебя достаток такого-то уровня, у тебя есть то-то, то-то. У тебя есть чувства — значит  надо быть вместе. Сейчас, наверное, молодежь такая, знаете, прагматичная: надо получить образование, надо работу хорошую иметь, какую-то недвижимость хочется иметь. И прямо это ярко я слышу. И только тогда мы можем свою семью, чтобы её обеспечить. В этом есть, наверное, какая-то такая доля истины, но у меня есть сомнения, возможно ли в таком прагматизме чувства свои сохранить.

И вообще, потом это желание не исчезнет ли совсем, отделяться или нет?

Они становятся очень избирательными, опыта набираются. Что такое замуж выйти в 20 лет и что такое замуж выйти в 30 лет?

А идеального ведь всё равно не будет. И будет этот процесс отбора бесконечный.

Да. И бывает, что люди ищут-ищут-ищут, и вот эти метания… Сейчас огромное количество и женщин, и мужчин, которые не состоят ни в отношениях, ни в браке.

Мне в этом контексте очень нравится такая теория или концепция о 7-летних периодах жизни. Не знаю, знакомо вам это или нет, и по моим наблюдениям, как-то совпадает — в 7 лет идём в школу, в 14 лет, дальше у нас 21, и 28. Вот в период 21-28 очень важно отделиться от родителей и создать свою семью. Потом, когда перескакиваешь через этот период в другой возраст, там другие задачи уже возраста того, который будет. И вот я очень волновалась на эту тему, чтобы с сыном отношения как раз в этот период случились, иначе потом просто: "Зачем?" Зачем что-то менять?

Привычка. Очень хорошо с мамой и с папой и удобно. Есть своя свобода.

Холодильник открыл — там всё уже готово. Даже до такого бытового.

Знаете, Вера, я даже хочу сказать, что по европейским нормам, по европейским меркам-нормам, мы очень отстаём. В Европе исполнилось тебе 18-20 лет, ты отделяешься и живёшь сам. У нас, конечно, вот это семейная целостность очень держит.

И любовь родительская.

Вы знаете, как бы в этой любви не задушить.

Вот в том-то и дело. Мы слушаем эти истории, которые европейские, западные, и в дрожь иногда бросает от того, как хладнокровно, кажется, родители способны отправить своего ребёнка без поддержки финансовой — зарабатывай.
У них свои культурные нормы, свои обычаи. Они так живут. И они очень хорошо это воспринимают, ровно также, как мы воспринимаем более поздний уход детей из семьи. Но в основном такое случается в мегаполисах. Если это не мегаполис, то существует более ранний уход из семьи. И более ранние браки. Сейчас много всего — и ранние браки остались, и очень много поздних браков.

А вы из своей родительской семьи ушли сразу замуж? Да?

Да, ушла сразу замуж. Какое-то время мы жили с родителями, я очень благодарна им — они нам очень помогли со своим жильём. Мама работала как раз в такой организации, где была такая возможность. И мы очень быстро стали жить самостоятельно.

Это же какие были годы? Тогда вообще с жильём было…

90-е.

Это уже 90-е? Да?

90-е годы и как раз начинается у нас новый виток жизни в нашей стране и очень всё вовремя успевают сделать и у нас остаётся квартира. мы практически сразу стали жить самостоятельно. Было очень тяжело. Какие-то даже годы, я помню, что мы продали всё золото, которое подарили на свадьбу. Вот по-разному было.

А вы тогда работали или учились? в 90-е где вы были?

В 90-е годы я заканчивала университет и принимала даже решение уйти в академ, потому что я родила, сидела дома с ребёнком и я считала, что это очень правильно, и что так и должно было быть. Сдала досрочно сессию, чтобы уйти в декрет, и потом у нас была спецруппа, которая училась 4 года, мы все еще имели красные дипломы после училища, и нас набрали всех студентов с отличием, с дипломами. И поговорив с куратором, мы принимаем решение — они мне разрешают сдавать сессию в своём ритме, и я заканчиваю вместе со своим выпуском. После этого я ещё находилась дома, и первый раз в год и 7, я пошла работать в детский сад вместе с ребёнком.

Поближе к своему малышу?

Да, да. Я ещё не работала психологом тогда, потихонечку работала воспитателем, методистом, смотрела, как он адаптируется. У нас бравый парень был, пошёл в детский сад, одевался, кушал сам, гигиену соблюдал — очень у нас такой был. И так возраст, мы очень удачно попали, не тяжёлая адаптация была.

Ну и вы были рядом всё-таки.

Да. Он знал, что рядом, но не в одном месте. Это было принципиально. И вот когда уже он адаптировался, стал постарше, тогда я вышла на работу, стала работать психологом, писала кандидатскую.

Это в 90-е годы? Насколько я помню, тогда ещё не было такого интереса к психологии, не было такой потребности в специалистах.

Не просто потребности не было, люди боялись. Если ты идёшь к психологу, значит у тебя что-то не так. А если ты ребёнка привёл к психологу, то у тебя ребёнок больной. Было такое, было такое время, и на самом деле это культура, это профессиональное внедрение, внедрение профессии в культуру нашего бытия и человека, его сознания. И сейчас очень многие люди осознанно идёт за помощью и поддержкой.

Да, просто революционное какое-то изменение в сознании произошло за это время.

Смотрите, это 90-е годы? 25 лет.

Ну 25 лет…

Это всё-таки четверть века!

А чем в то время занимался ваш муж? И вообще, кто он по профессии?

Он работает на военном заводе. Он начальник отдела ОТК, собирает военную технику. А в то время она работал механиком и потихонечку-потихонечку он тоже доучился и перешёл на завод. Когда-то и я на этом заводе работала, на этом заводе мой папа отработал около 40 лет и является ветераном. Это Мытищинский машиностроительный завод. А я работала в садике при этом же…

Совсем к психологии далеко — технический специалист и психолог.

Вообще не рядышком. Но мне иногда кажется, то он больше психолог в нашем житейском понимании.

Видела ваши чудесные фотографии, как вы вместе отдыхаете, у вас много общих интересов.


Вы знаете, Вера, интересны стали складываться общие, потому что нельзя было ему выезжать, мы стали вместе путешествовать и оказалось, что мы любим немножечко разное. Я люблю очень море и для меня поездка на море — это… Ну, в отдыхе ничего лучше быть не может.

Просто немножко посидеть у берега.

Да. Релакс. Полностью вдохновиться звуком воды, закатами, рассветами. Ему больше, оказалось, нравится экскурсионка. И я с удивлением это для себя открыла.


То есть человеку нельзя было долго выезжать.

Да. Как бы он выбрал такое. Помню, мы приехали первый раз в Испанию, я говорю: "Море, море, пойдем". Он говорит: "Иди-иди, я тебя здесь подожду". Я тогда-то даже не поняла, а когда мы уже вернулись, я говорю: "А тебе не хочется?". Он говорит: "Нет". Говорит, ну я могу посидеть немножечко, но так…

Как вы сочетаете это?

Договариваемся.

Он на экскурсию, а вы на море?

Нет. Мы договариваемся, что вот, например, сейчас мы едем в поездку, у нас будет неделя — это экскурсионная программа и неделя — море.

То есть и то, и другое.

И то, и другое, да. Вместе. мы приняли такое решение. То есть у нас было много вариантов, мы рассматривали. Это поездки, вот как вы сначала сказали: "Кто-то остался в отеле, кто-то поехал", но мы подумали, что это не очень будет удобно и выбрали такой. Мне кажется, мы останемся довольны.

Вы сказали, что у вас сейчас с мужем такой чудесный период в отношениях. Что-то новое произошло? Всё-таки 27 лет вместе…

Вы знаете, наверное, Вера, новое произошло. Так как сын вырос, не надо таких эмоциональных вложений и не надо столько быть рядом, у нас появилось огромное количество времени из того, что есть, быть вместе.

И как раз разговаривать?

И разговаривать. И у нас даже есть такая семейный миф — если мы куда-то едем вместе, это могут быть совершенно бытовые вопросы, мы за одну поездку успеваем в 3-4 раза больше, нежели каждый поедет отдельно. Вот мы с удивлением для себя это открыли.


Что всё-таки вместе лучше?

Да. Что, когда мы вместе, мы быстрее, мы настолько договариваться научились, хотя я вот сейчас оглядываюсь назад — были такие моменты в жизни, я думала, что этого может не случиться. Но тем не менее.

Научиться договариваться…

Да. Мы на сегодняшний день очень хорошо договариваемся, понимаем потребности друг друга, когда кого надо оставить, когда надо быть вместе, когда можно попросить, а когда не стоит, потому что что-то важное происходит у человека. Это на самом деле оказалось удовольствие!

Понятно, что женская мудрость приводит к тому, чтобы такие выводы сделать и, действительно, не напрягаться в такие моменты и никого в этот момент не тревожить. Но это, действительно, приходит с каким-то опытом, мне кажется.

Мне кажется, знаете, как раз опыт где-то ошибок, где-то прощения, где-то обид, конфликта, совместных радостей приводит к этому.

Ну и, в принципе, ваша профессия как раз о том, как строить отношения, как быть в них в гармонии. А вот интересно: решение пойти в психологию — это мечта с детства? Как вы вообще пришли к этому?

Вы знаете, я точно знала, что я буду работать с людьми. Я очень хотела быть неонатологом.

А что это за специальность?

Неонатолог — это специалист, это педиатр, который занимается с маленькими детьми, с новорожденными детьми, который помогает в родах и дальше ведёт ребёнка. Но я испугалась, Вера. Я испугалась ответственности, тогда в свои 18 лет, что это будет мне по силам. И я стала смотреть те специальности, которые рядышком. Меня очень интересовалась дефектология и я сначала даже поступала на дефектологию. Я очень рада, что я не поступила, потому что я бы тогда, наверное, пришла в психологию, но очень-очень поздно. Я бы всё равно пришла, вернулась бы. И я сначала поступила в училище, это была очень смешная ситуация — дефектология и логопедия рядышком и я хотела поступить на логопедию, но меня не взяли, потому что я жила на 33 километре, а принимали только до 30-го. И меня берут только на дошкольное отделение, я заканчиваю только дошкольное отделение и дальше иду уже в институт на психологию. И я думаю, вот эти неслучайные случайности всё сделали в моей жизни.

Да, неслучайные случайности.

Да, и я встретилась уже со своим руководителем, с Еленой Евгеньевной Кравцовой, она у нас преподавала сначала в институте, который я заканчивала, потом я к ней в аспирантуру пошла, она директор нашего института. И вот так мы вместе и в общем-то в профессию она дала такую поддержку огромную, чтобы я пошла в профессию.

Очень интересно. Спасибо вам большое, Наталья, за откровенный, за интересный такой рассказ. За то, что вы поделились с нами своими секретами гармонии и счастья. И удачи вашему проекту,  до новых встреч.

Спасибо большое. Спасибо. Удачу проекту беру с собой! Спасибо вам большое, Вера. Всего доброго.

Всего доброго.


Вы посмотрели сейчас ещё одну вдохновляющую историю. Да, так бывает. И если вы ещё не нашли для себя ответов и подсказок, смотрите новые реальные женские истории в программе "Зрелость в моде". И не забывайте — возможно лишь то, что считаешь возможным. 

До встречи!


СМОТРИТЕ И ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ РЕАЛЬНЫЕ ЖЕНСКИЕ ИСТОРИИ: